Марина Цветаева – жизнь послала этой женщине яркую и трагическую судьбу. Она жила с провозглашённым ещё в юности принципом быть только самой собой, что обернулось в дальнейшем неразрешимыми противоречиями трагической личной судьбы. Творчество Марины Ивановны близко мне по духу. Иногда, читая строки какого-нибудь из её стихотворений, мне кажется, что это писала я, только очень-очень давно. Для анализа хочу привести одно из стихотворений, отражающее Я-концепцию поэтессы:

Кто создан из камня, кто создан из глины, –
А я серебрюсь и сверкаю!
Мне дело – измена, мне имя – Марина,
Я – бренная пена морская.

Кто создан из глины, кто создан из плоти –
Тем гроб и надгробные плиты...
– В купели морской крещена – и в полете
Своем – непрестанно разбита!

Сквозь каждое сердце, сквозь каждые сети
Пробьется мое своеволье.
Меня – видишь кудри беспутные эти? –
Земною не сделаешь солью.

Дробясь о гранитные ваши колена,
Я с каждой волной – воскресаю!
Да здравствует пена – веселая пена –
Высокая пена морская!

Это стихотворение написано 23 мая 1920 года в революционной Москве. Его можно назвать «Цветаева о Цветаевой». Через него поэтесса доносит до читателя своё понимание её места в этом мире. Она пытается передать своё «Я»: свою своевольность, независимость, неповторимость. Цветаева размышляет на тему своего существования. Строками «Кто создан из камня, кто создан из глины, -/ А я серебрюсь и сверкаю! Кто создан из глины, кто создан из плоти -/ Тем гроб и надгробные плиты...» она передаёт своё неземное, небесное происхождение и отличие от всего остального мира. В этом стихотворении Цветаева сравнивает себя с пеной морской (Марина в переводе с греческого - морская): «Мне дело – измена, мне имя – Марина,/ Я – бренная пена морская». Словом «бренный» поэтесса подчёркивает свою тленность, непостоянность в мире слов (Мне дело – измена), одновременно с этим давая читателю понять, что она ещё вернётся, как морская волна, в своих стихах. В первых строках Цветаева сравнивает себя с остальными, показывая свою индивидуальность (А я серебрюсь и сверкаю!) и делает акцент на словах «я, мне». Во втором четверостишии она размышляет о том, что не может умереть как другие люди: «Кто создан из глины, кто создан из плоти – Тем гроб и надгробные плиты...», а она умирает в полёте. Этот полёт – символ её творческого полёта мысли, небесности бытия. Следующая строфа посвящена независимости и своеволию Цветаевой, которое пробьётся «сквозь каждое сердце, сквозь каждые сети». И опять она повторяет о том, что её не сделать земной, обычной. Она не покорится и не станет обыденной. Даже кудри у поэтессы «беспутные», это своеобразный намёк на то, что у Цветаевой нет пути, кроме того, по которому она идёт. В последней строфе Цветаева подчёркивает свою готовность бороться до последнего, способность, умирая, – воскресать.

Стихотворение состоит из двух основных частей. В первой – Цветаева сравнивает себя с остальным миром, а во второй – показывает свой характер.

Лирический герой этого стихотворения сама поэтесса. Свои мысли, чувства, переживания она передаёт через мысли и чувства героини. Цветаева – очень открытый человек, поэтому в её стихах нет скрытого символизма, все переживания и чувства героини показаны очень ясно. Стихи были для Цветаевой почти единственным средством самовыражения. Она доверяла им всё.

Стихотворение очень мелодично, музыкально. Оно написано пятистопным ямбом, рифмуется первая и третья, вторая и четвёртая строки. Стихотворение богато изобразительными средствами. Например, она использует метафоры: «гранитные колена», «кудри беспутные»; эпитеты: «весёлая пена, высокая пена морская»; «я – бренная пена морская». Поэтический синтаксис Цветаевой вообще своеобразен: это одна из главных особенностей её творчества: «Да здравствует пена – веселая пена – Высокая пена морская!»

Поэзия Цветаевой вошла в культурный обиход, сделалась неотъемлемой частью нашей духовной жизни. Сколько цветаевских строчек, недавно еще неведомых и, казалось бы, навсегда угасших, мгновенно стали крылатыми!

Поэзия Цветаевой смело вошла в наши дни. Наконец-то и навсегда обрела она читателя, которого при жизни ей так не хватало. В общей истории отечественной поэзии Марина Ивановна Цветаева всегда будет занимать особое достойное место. Подлинное новаторство её поэтической речи было естественным воплощением в слове мятущегося, вечно ищущего истины, беспокойного духа.