Сюжет комедии Н.В. Гоголя необычайно прост: в уездном городе ожидают приезда ревизора. Впопыхах принимают за него случайного путешественника, а когда он уезжает, ошибка вскрывается, и, так некстати, в городе появляется настоящий ревизор. На премьере произошло событие, обратившее против Гоголя всю чиновничью Россию. Особенно последняя сцена – немая – была воспринята в штыки. Почему же такой простой сюжет вызвал критику следующего содержания:

По сю пору господин Гоголь, кажется, слишком полагаясь на похвалы этого круга, не извлекал для себя никакой пользы из критики. В том самом содержании, в каком увеличивались отличительные достоинства его сочинений, усиливались также и коренные их недостатки, которые неоднократно были ему показаны. Красоты и пятна растут у него с одинаковою силою, до того, что он не производил ещё ничего забавнее и ничего грязнее последнего своего творения («Ревизор»). Как можно навалить столько сору на столько чистого золота! Уважение к нашим читателям не позволяет нам даже выписывать мест, на которые преимущественно должен упасть этот упрёк, – так они противны чистому вкусу и формам хорошего общества. Это выходит уже из пределов самого грубого фарса. Мы сильно советуем автору очистить свою весёлость от подобных замашек и основать её, как он сам говорит, на тонкой деликатности и на политичности».

Так писал О.И. Сенковский в своей рецензии 1836 года на произведения Гоголя, в том числе на «Ревизора». И он был не единственным. Почему же критике гоголевской комедии не было предела. Все потому что, многие лица, проживавшие в России того времени, узнали себя и свои пороки в главных героях комедии. А кто же хочет признавать свою порочность и сознаваться в содеянных огрехах и тем более выносить это на всеобщее посмеяние. Конечно же, никто.

«Чиновники пожилые и почтенные кричат, что для меня нет ничего святого, когда я дерзнул так говорить о служащих людях. Полицейские против меня, купцы против меня, литераторы против меня», – так писал Гоголь в апреле 1836 года. Критики в один голос твердили, что «Ревизор» – грязная клевета на Россию, что Гоголь создал презабавный фарс, «ряд смешных карикатур». Они старались доказать, что города, о котором говорит Гоголь, в России не было и нет.

Сегодня мы знаем, что комедия «Ревизор» открывается эпиграфом — народной пословицей: «На зеркало неча пенять, коли рожа крива». Николай Васильевич придавал пословицам огромное значение, видел в них образное отражение народного разума и нравственных оценок явлений жизни. Гоголь писал о пословицах: «Все великие люди, от Пушкина до Суворова и Петра, благоговели перед нашими пословицами. Уважение к ним выразилось многими поговорками: «Пословица недаром молвится» или «Пословица вовек не сломится». Известно, что если сумеешь замкнуть речь ловко прибранной пословицей, то сим объяснишь её вдруг народу, как бы сама по себе ни была она свыше его понятия». Эпиграф к драматическому произведению, предназначенному для постановки на сцене, приводить было не принято. Кто его должен читать? Кто может воспроизвести? Почему же Н.В.Гоголь всё-таки использует эпиграф?

Эпиграф, каким мы его знаем сегодня, появился только в «Собрании сочинений Николая Гоголя» в 1842 году, то есть спустя шесть лет после выхода в свет «Ревизора». Этой пословицей автор заключил работу над комедией в 1835—1842 годах и ответил на критику комедии современниками: «На зеркало неча пенять, коли рожа крива». Не только эпиграф, но и рекомендации для господ-актёров появились в этой редакции. Обидно, что свою идею автору пришлось разъяснять таким образом. Что-то вроде перевода с русского на русский. По сути, это была ответная пощёчина тем, кто из ханжества и лицемерия не захотел примерять на себя подобную личину городничего и судьи и прочих чиновников, которые так ярко были типизированы в бессмертной и, видимо, актуальной и сегодня комедии «Ревизор».